15 декабря 2011

Актер Владимир Пузанов - о политике


Мы встретились с известным актером драмтеатра им. Пушкина Пузановым сразу после выборов. Воздух был политически наэлектризован. Мельпомена рефлексировала. Во дворе театра стояла заснеженная иномарка, на стекле которой безвестным пальцем было начертано: "Ваши выборы - фарс!". Для такого аполитичного места - довольно неожиданно. В последнее время афиша "пушки" изобилует комедиями. В репертуаре театра нет ни одного спектакля на социальную тему. Предполагаю, что близким к истине объяснением может быть факт, что хозяином госучреждением искусства чувствует себя региональное минкультуры. Разве чиновники - едроссы станут заказывать и оплачивать труппе "недовольство жизнью"? Нет, в стране ведь все хорошо... мир и гармония... процветание и всеобщее офонтанение...
Наш разговор с Пузановым как-то сразу начался с политики. Ею, впрочем, и закончился.

- Владимир, вы участвовали в спектакле «Выборы»?
- Нет. Если в спектакле нет ни одного мгновения, когда ты попадаешь в людей, а люди попадают в тебя, это плохой спектакль. Кого мне выбирать? В политике лет 20 одни и те же лица, те же самые расклады. И я по роду своей профессии очень хорошо различаю, когда люди врут, а когда нет. Вот «Яблоко», Явлинский, симпатичный парень. Но я же помню его первые выборы, как он возле боксерской груши, как клоун, показывал, что может в подворотне любому морду набить. Я не хочу, чтоб из меня идиота делали. У меня же тоже есть достоинство. Зачем меня унижать?
- Как вы оцениваете актерские данные известных политиков?
- Есть среди них и гениальные артисты. Но спектакль их - пошлый и длинный. Затянулся. Все партии по сути принадлежат к одной – партии денег и дележа нефтяного и газового статуса. Только делить хотят по-разному. И все! Они сердитые друг на друга, когда в теледебатах выступают. А потом, в Думе, правительстве, объединяются и заняты одним и тем же святым делом… борьбой с коррупцией. Все разыгрывают национальную карту. А за это вообще должно быть стыдно. Мир должен молчать по этому поводу, иначе может начаться такое, что мало не покажется. Политики не должны быть артистами, у них другая работа. Они должны за людей переживать. Я вот про что говорю! Они должны служить, а не царить. Вот я служу в театре, потому что люблю его и людей, которые приходят. А они служат - и не любят. Издеваются и смеются над нами. Мне так кажется.
- Как вы чувствуете эту нелюбовь? По зарплате?
- Я кризис ощущаю не только как финансовый, а как непонимание. Те, у кого денег много, забывают о тех, у кого практически их нет. Мне очень стыдно, как к детям относится государство. В Удачном, например, есть туберкулезный диспансер детский. Совершенно нищее заведение. Знакомые делали для пациентов сказку, гостинцы привезли какие-то. И дети, когда им давали пряники, не понимали, что это для них, что им что-то достанется даром в этой жизни. А вокруг все прекрасно: коттеджи богатые … чиновников, наверное. Я уважаю людей, которые в банках работают, хотя их труд основан на растовщичестве, на проценте, за что Раскольников старушку топором убил. Но они ничего не производят, а дают взаймы, и не должны жить лучше, чем те, кто работает «на земле».
- Вас никогда не волновала проблема Раскольникова – тварь я дрожащая или право имею?
- Да нет, наверное… Меня спасает чувство юмора. Надо уметь над собой подхихикнуть, когда начинаешь ощущать себя великим, иначе запутаешься. Тварь ли я дрожащая? Конечно, тварь (смеется). Вот так вот себе скажешь, и тебе сразу легче. А если ты прочитал «Преступление и наказание» и ходишь – ненавидишь банк, это же глупо. Ты же не пойдешь с топором кредит платить, правда?
- Может, главная проблема наших политиков – они слишком серьезно к себе относятся?
- И не только политики! Почему это и порождает агрессию, настоящую, неискоренимую, потому что возникает серьез такой скотский. И ты находишь единомышленников. И у тебя не команда, а банда. И ты такой справедливый, знаешь, как все поставить по местам. И наступает настоящая беда.
- Если вспомнить историю, юродивый при дворе играл роль едва ли не большую, чем самодержец. Вернуть бы институт шутов при власти!
- Ну как шутов нет? Есть… Жириновский - очень умный человек, он мне даже симпатичен. У него как раз самоирония есть. Конечно, он хамоватый со стороны. Но я-то понимаю, что от него этого хотят, и он говорит – нате вам. Он человек не жестокий. Но, передвинь его в президенты, не знаю, что с ним будет. Адольф ведь тоже в свое время был веселым художником, сапоги рисовал. Но что вытворил? Поэтому я и говорю: театр - необходимый орган человеческого общества. Если государство хочет, чтобы поменьше безобразничали, то надо и на культуру тратиться, не только на выборы. Все-таки актеров не так много на земле. И в большинстве своем к жизни они мало приспособлены. Воровать не умеют (в нашей стране это минус). Картошку садить тоже не у всех получается…
- Процветание напрямую зависит от воровства?
- Это я образно выражаюсь. Я же не милиционер, никого за руку не поймал. Власть развращает так же, как деньги. В начальники выбиваются люди с черствым сердцем и надежным хамством, потому что хамство – это сила. А как с хамством бороться, еще никто не придумал. Если ты ответишь тем же - до этого был один хам, а теперь их два. Если помалкиваешь в трубочку, считается, что бездействуешь, не имеешь гражданской позиции. Так что замкнутый круг.
- Жаль, что театр не может изменить ни мир, ни человека.
- Откуда вы знаете? Может, кто-то и меняется. Я же чувствую энергетику наших заядлых театралов. Я понимаю, что они никогда автоматы в руки не возьмут. Как-то они на людей иначе смотрят. Мир подошел к рубежу: надо что-то менять кардинально в отношениях между людьми! Мне кажется, все это происходит из-за того, что любви, может, не хватает? В начале XX века было ясно, что делать с агрессией: формировать армию и идти воевать. А сейчас это глупо. И куда ее деть? Нет, если занят любимым делом, можно быть счастливым. Вот я же счастливый? Я не хочу в Англию. И в Германию не хочу. Я, конечно, хочу посмотреть, как они живут. Но очень скучать буду… если мне вдруг придется после нашего интервью эмигрировать.
- Да, любви к ближнему и впрямь не хватает, хоть народ и повалил в церковь… Вы человек верующий?
- Ну да. И крещеный. Я верю в простую вещь: если ты будешь гадить людям, то люди будут гадить тебе. Будешь их любить – возможно, и тебя полюбят.
- Это «возможно» не всех устраивает.
- Ну понятно, все же хотят подписать некий контракт! А договоры придумывает не господь Бог - другая сторона. Это там все на договорах, финансовых потоках и проценте.
- Вы свет в конце тоннеля видите?
- Я выход вижу в том, что человек в себя должен посмотреть, а не искать виноватых. В себе надо искать любовь-то, а не снаружи, если я правильно понимаю Библию.
- Вы верите в чудеса?
- В детстве мне безумно хотелось, чтобы Карлсон прилетел. Причем с него толку никакого! Прожорливый, врет постоянно! Но мне нравился именно этот чувак с вентилятором.
- Не прилетел?
- Пока нет. Жду.

(АиФ, декабрь 2011-го)

Комментариев нет:

Отправка комментария

Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...